Напишите фантастический роман с Нилом Гейманом и Джорджем Мартином. Узнайте, как оживил Джона Леннона лауреат Букера Иэн Макьюэн. Отправляйтесь на кладбище с победителем «Русского Букера» Михаилом Елизаровым. И не забудьте изучить все формулы мира с астрофизиком Сергеем Поповым. «Фонтанка» рассказывает о ста с лишним часах чтения в десятиминутном обзоре.

Михаил Елизаров. «Земля»

В нескольких словах: парень был землекопом, а стал суперзвездой на кладбище

Где и как читать: днем на «Литераторских мостках», ночью — в темной комнате, завернувшись в одеяло

Время на чтение: 26 часов

«Конечно же, я понимал, что кладбище — такая же Родина, как и Россия, и возможно, самая главная Родина, ведь близких, по большому счёту, хоронят не в землю, а дома».

Хочешь мира — готовься к войне, хочешь жить — готовься к смерти. Вокруг этой идеи выстраивается новый роман автора «Ногтей» и «Pasternak’а», лауреат «Русского Букера» и поэта-песенника Михаила Елизарова. Книжка долгожданная: последний сборник Елизарова вышел в 2012 году, крупной формы прозаик не писал почти десять лет. А тема уж очень естественна для этого обладателя копны темных волос и любителя готического стиля одежды.

Приключения молодого человека по фамилии Кротышев, которому на роду написано быть ближе к земле, то есть — к погосту, можно прочитать как философскую притчу: отсылки к Шопенгауэру, Ницше, Кьеркегору, Хайдеггеру и другим представлены в достаточном объеме. А можно — как производственный роман, увлекательную экспедицию в мир российской похоронной индустрии. Воротилы похоронного бизнеса тут идут врукопашную, чтобы разделить сферы влияния, их офисы и цеха описаны с гоголевской филигранностью, а речь пестрит матом и народной мудростью. В общем, если не проникнитесь философским подтекстом, то обязательно посмеетесь.

Иэн Макьюэн. «Машины как я»

В нескольких словах: робот хотел людям добра. Получилось как всегда. Зато есть секс!

Где и как читать: в интерьерах в стиле старой доброй Англии. Для достоверности напичкайте их современной электроникой

Время на чтение: 6-8 часов

«Адам не был секс-игрушкой. Тем не менее он был способен заниматься сексом… Глядя на него, сидевшего у стола, я не мог не отметить его густую и темную лобковую растительность и необрезанный член внушительных размеров».

Лето 1982 года, разгар Фолклендской кампании. Бывший антрополог Чарльз заводит роман с соседкой по имени Миранда. В это же время он покупает робота: технологический шедевр, вдохновленный научными открытиями математика Алана Тьюринга, почти неотличим от человека: с темными волосами, носом с горбинкой, накаченными мышцами, бьющимся пульсом и ровным дыханием.

Адам — не чудовище из «Франкенштейна», но и не добрая и ответственная машина из айзимовских рассказов. Этому импозантному молодому человеку ничего не стоит реквизировать у хозяина часть денег, чтобы купить себе новые джинсы, — или сумму покрупнее. Дело в том, что искусственному интеллекту не понять человеческую этику, в которую по умолчанию включены ошибки, противоречия и маленькая, но спасительная ложь.

Текст Макьюэна написан мастерски (а что ещё ожидать от ветерана букеровских баталий?) и работает, как хорошо заведённые часы. Диалоги не перевешивают монологов и описаний, паузы настораживают, в шкафах припасено достаточное количество скелетов, которые в нужный момент вываливаются наружу. За это Макьюэну можно простить даже мелкие логические несвязности вроде носа, который в начале романа у Адама «крючковатый», а потом — «приплюснутый» (впрочем, это можно отнести и на особенности перевода). Как и обычно у Макьюэна, роман так и просится на экран, а при желании может стать сериалом.

Майкл Ондатже. «Военный свет»

В нескольких словах:  шпионский роман наизнанку

Где и как читать: в библиотеке или архиве, рядом со стопкой секретных документов

Время на чтение: 5 часов

«На чьей стороне добро — непонятно. Каждый не тот и не там, чем и где кажется».

Даже если вы ни разу не слышали имени Майкла Ондатже, вы точно знаете название его главного романа, «Английский пациент». В 1996 году экранизация этого текста с Рэйфом Файнсом, Жюльет Бинош и Кристин Скотт Томас получила девять «Оскаров», а в 2018 году Букеровская премия признала «Пациента…» лучшей книгой за полвека.

Для тех, кто с «Пациентом…» знаком, многие мотивы «Военного света» могут породить ощущение дежавю. Во-первых, исторический фон: военная и послевоенная эпоха. Во-вторых, воспоминания как основа сюжета. Правда, если в первом случае события прошлого реконструирует бывший венгерский граф, то теперь в центре — британский подросток. Родители оставляют Натаниела и его сестру Рэчел в Лондоне, уезжая в Сингапур длительную командировку. Вот только отец домой вообще не вернётся, а мать, как выяснится впоследствии, не покидала пределы страны. Подросший Натаниел устраивается в архив Министерства иностранных дел и пытается восстановить путь матери. Откуда у неё шрамы на руках? Что за карта вложена в её любимую книгу Бальзака? В общем, примерно так должен выглядеть настоящий шпионский роман: ни погонь, ни перестрелок, много белых пятен.

Евгений Добренко. «Поздний сталинизм: эстетика политики»

В нескольких словах: сталинизм от «а» до «я»

Где и как читать: с видом на стены Кремля

Время на чтение: 50 часов, а то и дольше

«Принято считать, что история совершается тогда, когда происходят зримые перемены. Но чем более неподвижным кажется время, тем основательнее и неотвратимее совершает свою работу крот истории».

Профессор Шефилдского университета (Великобритания), специалист по советской культуре Евгений Добренко темой для нового исследования выбрал позднесталинскую эпоху. Время, которое до сих отражается в «ментальных привычках» россиян и влияет на то, что происходит в нашей стране — с ностальгией по имперскому величию, культом победы и всеобщим вниманием к фигуре национального лидера.

«Поздний сталинизм» вполне может претендовать на то, чтобы стать главной нонфикшн-новинкой конца 2019 года. Двухтомник общим объемом в 1300 страниц разносторонне рассматривает, как советская политика влияла на эстетику, а эстетика, в свою очередь, ковала политику. От исторических фильмов, чьими съемками лично руководил Сталин, до идейных чисток в опере или взлёта научно-популярной литературы о лысенковщине. Близкие петербуржцам темы — отражение блокады в искусстве, постановление «О журналах «Звезда» и «Ленинград» — в тексте тоже раскрыты.

Сергей Попов. «Все формулы мира»

В нескольких словах: гид по математическим формулам для гуманитариев (с картинками)

Где и как читать: перед романтическим походом в планетарий со второй половинкой

Время на чтение: 9 часов

«Сколько людей боится формул! В связи с этим часто раздаются просьбы рассказать о чем-то (космологии, черных дырах, гравитационных волнах) «совсем-совсем без формул». Иногда ученый или популяризатор чувствует себя врачом (например, стоматологом), которого просят помочь, но «так, чтобы не было больно».

Если кто-то и умеет рассказывать о науке интересно, то это Сергей Попов. Астрофизик, листер премии «Просветитель» способен объяснить, как описать расширение Вселенной описывается в трех символах, что такое «сюжет» в формулах, и как математику применяют в практических целях — от организации перевозок до составления баз данных. Книга «Все формулы мира» предназначена для гуманитариев, но таких, которые, как и Сергей Попов, верят, что «наука — неотъемлемая часть современной культуры».

Алан Мур, Джейсен Берроуз. «Провиденс»

В нескольких словах: ФБР расследует дело Лавкрафта

Где и как читать: путешествуя по восточному побережью Америки

Время на чтение: 89 часов

«В Америке уважают личную жизнь, да? Нам позволены секреты. У меня есть секрет, у вас, я считаю, тоже, и у других тоже. Получается, есть тайная страна. Она кроется под маской, которую общество выставляет напоказ».

1919 год. В Нью-Йорке происходит серия самоубийств: все погибшие прочитали книгу «Король в желтом» Роберта Чэмберса. Но журналиста Роберта Блэка, чей близкий человек также стал жертвой «эпидемии», интересует не это. Репортера привлекает алхимический трактат, с которым явно был знаком Чембер, и в котором якобы описаны методики продления жизни. Чтобы понять, что происходит, Блэк объездит едва ли не все Восточное побережье США, переживёт атаку дьяволицы, изучит деятельность секты под названием Stella Sapiente и встретится с Говардом Лавкрафтом, чьим творчеством вдохновлен «Провиденс». А почти спустя сто лет расследование продолжит ФБР.

Оригинальная серия комиксов звезды графической литературы Алана Мура выходила в американском издательстве Avatar Press с 2015 по 2017 годы и вот, наконец, появилась на русском под одной обложкой. Визуальный мир, созданный художником Джейсоном Барроузом, тут не менее эффектен, чем сценарий. Кроме видов сумрачной, нуарной Америки начала XX века, вы найдете выдержанные в тоне «сепия» флэшбэки; карты, машинописные тексты и рукописный дневник главного героя. Переводчик Алексей Мальский, что делает ему честь, снабдил роман объемным комментарием, где объясняет, как именно Мур переосмысливает классика ужасов.

Джефф Вандермеер. «Книга чудес»

В нескольких словах: как превратиться из графомана вДжорджа Мартина и Нила Геймана (самоучитель с картинками и заданиями)

Где и как читать: в удобном рабочем кабинете

Время на чтение: читать понемногу каждый день, выполняя все задания. Процесс может занять от нескольких месяцев до года

«Берегитесь советов от людей, которые считают, что у вас слишком много воображения. Воображения много не бывает».

Писательские курсы на пике популярности. Своим опытом с россиянами готовы поделиться Борис Акунин, Гузель Яхина, Майя Кучерская, Дмитрий Быков и другие. Но есть способ проще — «Книга чудес», написанная лауреатом премии «Небьюла» и Всемирной премии фэнтези американским фантастом Джеффом Вандермеером. Не стоит пугаться названия (так любят называть книги-расскраски для взрослых): под голубой обложкой с городом-китом вы найдете, действительно, дельный самоучитель для начинающих писателей.

Вандермеер в семи главах и 363 пунктах объясняет, как поймать вдохновение, построить сюжет, оживить персонажей, и почему, например, так важно фантазировать вместе с детьми и просматривать в сети отзывы на своё творчество. После каждого урока даются небольшие творческие задания: вам предстоит придумать собственное чудовище или «ощутить вкус третьим глазом».

Иллюстрации в этой книге не менее важны, чем текст. Рисунки Вандермееру предоставили тридцать художников, а инфографику нарисовал художник Джереми Зерфосс. К тому же, хитрый фантаст вовсю проэксплуатировал своих коллег, которых попросил написать эссе-вставки или дать интервью о своей работе. Нил Гейман рассказывает, как начал создавать «Американских богов» «на раздолбанном наладоннике Atari». А отец «Игры престолов» Джордж Мартин признаётся, как обращался за советом к знакомым дамам, когда ему надо было описать, как к Сансе пришли первые месячные.